Прогноз погоды

Все люди зарегестривовавшиеся недавно)))


Тургеневское Общестао в Орле

развернуть

общество

Вспоминая минувшее десятилетие, не устаешь удивляться, как много мы прожили, как спешили жить, как стремительно менялись мы сами и мир вокруг нас. Читали взахлеб, радуясь ранее запретному, обдумывая давно открытое... Помню, как в конце 80-х годов мы расставались в музее Тургенева с прежней, изрядно надоевшей, идеологически выверенной и снабженной цитатами из классиков марксизма-ленинизма экспозицией — как будто сбрасывали старую одежду. Помню, как открывали какую-то по-особому яркую, праздничную большую выставку «Тургенев и его окружение»; казалось, весь богатый, сложный, многоцветный мир классика поселился в стенах старого дома по улице Тургенева. Лица друзей и недругов писателя, его политических оппонентов открыто глядели на нас. Просто так, без всяких условий нам была дарована свобода мыслить и творить.

Тогдашние трудности казались нам все-таки временными и куда менее значительными по сравнению с отрывавшимися перспективами. Мы мечтали о создании «живого музея», работая в недостроенном, холодном здании, так мало приспособленном для наших замыслов. Нам представлялось, что музей Тургенева должен стать не только домом памяти любимого писателя, но и местом, где каждый день осуществляется его духовное завещание. Мы понимали, что силами нескольких музейных работников такого дела не поднять: нужны были помощники, единомышленники — мы крепко надеялись на то, что нам удастся их найти и организовать вокруг старейшего литературного музея России нечто вроде тургеневского движения. Тем более, что почва для осуществления такого замысла в Орле была всегда; сам музей Тургенева стал складываться сразу же после смерти писателя по инициативе Орловской ученой архивной комиссии. С тех пор тургеневская тема заняла почетное место на страницах орловских газет: любая новая деталь биографии или вдруг обнаруженная тургеневская реликвия представали столь же важным событием, как новости политики или финансов. Орловская интеллигенция утверждала Орел как город Тургенева, достойный славного имени.

Сейчас, право, кажется невероятным, что осенью 1918 г. (100-летний юбилей Тургенева), когда город с боями переходил от красных к белым, в доме наследников писателя Галаховых был открыт его музей. И ни голод, ни холод, ни страх «человека с ружьем» не могли отменить этот праздник. В Орле «тургеневское» было живо, живы были люди, которые помнили писателя, и самый его образ уже стал для его земляков символом высокой культуры. Тогда, в начале 20-х годов, при только что созданном музее Тургенева, было основано Тургеневское литературное общество — событие прекрасное и поучительное. «Под сенью Тургенева», надо думать, собрались тогда те, кто не желал видеть родину ввергнутой в хаос и разрушение. А может, таким образом свидетели тех грозных дней пытались укрыться от растерянности, одиночества, чувства опасности. Кажется, Общество объединило все, что было талантливого и культурного в Орле. Листаю страницы списка членов Тургеневского общества: Михаил Вениаминович Португалов — создатель и хранитель музея Тургенева, его председатель, умница, эрудит, очень обаятельный человек, пользовавшийся неизменным успехом у прекрасного пола; Евгений Григорьевич Сокол — поэт и журналист, работавший вместе с Португаловым над первым описанием мемориальной библиотеки Тургенева; Петр Григорьевич Ткачевский — директор губмузея, вскоре репрессированный; Вера Михайловна Викторова (урожденная княжна Оболенская) — библиотекарь, заменившая Португалова на посту директора музея после его смерти, также репрессирована; Виктор Сергеевич Ростопчин — секретарь Общества, литератор; Николай Иосифович Конрад — известный ученый-востоковед, директор Высшего педагогического института (на его лекции сбегалась тогда вся орловская молодежь, он блистал эрудицией и поражал своим видом — редким по тем временам костюмом-тройкой); Сергей Иванович Горовой — учитель словесности, проводивший увлекательные экскурсии по музею (слава о его великолепном мастерстве и знании литературы, педагогическом даре дошла до наших дней). Здесь Нина Борисовна Комлюхина, по орловским преданиям, внебрачная дочь Великого князя Михаила Александровича — черноглазая красавица, в которую многие были безнадежно влюблены. Мы еще застали ее — ей было уже около ста лет — она читала наизусть посвященные ей стихи, помнила смешные и грустные эпизоды из жизни тургеневцев. За ними следили. Как-то вечером молодежь собралась на веранде дома на Садовой (где тогда располагался музей) на одну из литературных посиделок. Вдруг из открытой форточки возникла рука с револьвером и прогремел выстрел. Все притаились, испугались. Свет погас. Ясно, это была «шутка» чекистов или предупреждение: Тургеневское общество явно не вписывалось в новый порядок.

В 1923 г. Общество насчитывало более 160 человек. Учителя, журналисты, литераторы, работники библиотек, студенты — многие из них впоследствии подверглись репрессиям, а участие в Тургеневском обществе лишь усугубляло их «вину». Уже упомянутая здесь Н. Б. Комлюхина рассказывала нам о трагической судьбе одного из участников Тургеневского общества: ВЧК пыталась завербовать его и сделать осведомителем, запуганный человек не вынес этого ужаса и покончил с собой. Расправа с членами Общества стала концом и самого Общества. Ушли в прошлое веселые вечера начала 20-х годов, лекции об исканиях Достоевского, о французских импрессионистах, суды над литературными героями, поездки по тургеневским местам, увлекательная работа с тургеневскими книгами, разговоры о Фете, Лескове, Андрееве... Помню, мне в руки попал своеобразный поэтический дневник — альбом, составленный первыми участниками Общества. Это были красочно оформленные страницы, заполненные поэтическими экспромтами, краткими отчетами о литературных заседаниях в музее Тургенева, фотографиями тех лет. Меня особенно поразила надпись на первой странице альбома, как видно, ставшая девизом этих дружеских собраний, строки из стихотворения Жуковского:

О милых спутниках, которые наш свет Своим сопутствием для нас животворили, Не говори с тоской: их нет, Но с благодарностию: были.

Принес мне этот альбом библиофил и коллекционер Алексей Серафимович Захаров, к сожалению, уже ушедший из жизни, один из учредителей нового Тургеневского общества, продолживший традиции тех давних, незабвенных лет.

* * *

В феврале 1990 г. собравшимся в музее Тургенева людям было зачитано обращение сотрудников Института русской литературы (Пушкинский Дом): «Дорогие друзья! Обрушившаяся на нас сегодня правда требует от нас нравственных сил, чтобы ее осмыслить и от того, как мы сумеем это сделать, зависят и наше настоящее, и наше будущее. Быть может, как никогда прежде, нужны нам сейчас мудрость и спокойствие, чтобы все понять, принять, пережить и выйти из этого испытания, сохраняя свое человеческое, а значит, и национальное достоинство. И мы обращаемся к тем, для кого боль душевная подчас острее физической и нравственное оскудение не менее страшно, чем обступившие нас со всех сторон нравственные лишения. Мы обращаемся к тем, в ком не иссякли еще интерес и уважение к русской культуре, кто жив, надеется и верит. Верит, как когда-то верил Тургенев, что „народ, как природа, способен вечно возрождаться“. „Мы, — говорил он, — народ юный и сильный, который верит и имеет право верить в свое будущее“. Вера в свой народ помогала Тургеневу жить и быть Тургеневым. Так почему бы нам, измученным и изверившимся, не взять его теперь в свои помощники? Его, великого и мудрого писателя России, преемника Пушкина и Гоголя, современника Салтыкова-Щедрина, Достоевского и Толстого? Так давайте же создадим Тургеневское общество и пусть оно объединит тех, кто стремится к гармонии, жаждет ее в жизни, ищет и умеет находить ее в искусстве».

Созданное в тот день Тургеневское общество в Орле декларировало преемственность по отношению к своим предшественникам 20-х годов, как и они, Общество сочло своей задачей «спасение людей от духовного одичания». Его учредители подчеркивали, что поддерживают инициативу создателей «Общества Тургенева» в Ленинграде, деятельность французской Ассоциации друзей Тургенева, Полины Виардо и Марии Малибран, основанной в 1977 г. при музее Тургенева в Буживале. Орловцы поставили своей первоочередной задачей спасение и мемориализацию тургеневских мест на родине писателя (это было связано с началом новой волны уничтожения исторического Орла), приобщение молодого поколения к классическому наследию, издание трудов Общества, установление регулярных связей с другими общественными объединениями, имеющими сходные цели. В перспективе намечалось создать Всероссийское Тургеневское общество.

Учредителями орловского Общества стали: директор музея Тургенева в Орле В. В. Сафронова, известный тургеневед В. А. Громов, поэт и краевед В. М. Катанов, художник-дизайнер В. Н. Блинов, председатель Правления Орловского отделения Фонда культуры В. Г. Сидоров, директор Тургеневского заповедника в Спасском-Лутовинове Н. И. Левин. Председателем Общества избрали старейшего ученого-тургеневеда, профессора Орловского педагогического института (теперь госуниверситета) Галину Борисовну Курляндскую. Со свойственной ей энергией и упорством в достижении поставленной цели она не только возглавила Общество, но и стала руководителем одной из секций — литературоведческой, объединившей преподавателей орловских гуманитарных ВУЗов, аспирантов, музейных работников, любителей литературы. Была организована и секция литературного краеведения, а позже и молодежная секция Общества. Уже на одном из первых заседаний Общества Л. В. Дмитрюхина, заместитель директора музея Тургенева по научной работе, сделала доклад о деятельности наших предшественников — первого Тургеневского общества 20-х годов. Она зачитала отрывки из протоколов его заседаний той поры, сохранившихся в фондах музея. Собравшимся была представлена небольшая, но ценная выставка редких документов и фотографий, рассказывающих о жизни Общества и его главных планах. Впечатление от увиденного и услышанного было сильным: мы как будто различили голоса другой эпохи, до нас дошла весть о людях неиссякаемой молодости, одаренных кипучей энергией, фантазией... Разнообразие тем и замыслов, интенсивность встреч — все казалось нам просто невероятным. Но мы понимали, что при всем различии, положение Тургеневского общества тогда и сегодня было в чем-то сходным, это было что-то вроде острова среди бушующей стихии, вроде крепости, призванной выстоять и спасти живые души.

Возможность свободно мыслить, разрабатывать прежде недоступные темы была чрезвычайно привлекательна. На заседаниях литературной секции, наряду с блоком сюжетов на тему «Тургенев и писатели-орловцы», началось обсуждение проблемы «Религиозно-философские искания русских писателей». Эти заседания не раз проходили совместно с участниками Орловского философского клуба. Академическая наука чуть снисходительно прислушивалась к неофитам от философии, искавшим в любомудрии ответа на вопрос, как жить. Мы обсуждали работы В. Соловьева и Н. Бердяева, открывали для себя Н. Федорова и С. Булгакова, И. Ильина и Л. Гумилёва. Неизвестный доселе пласт русской культуры поражал нас своеобразием и современностью звучания. Вспоминаю наши собрания в «конторе» или в новой пристройке к музею, где зимними вечерами царил холод; пытаясь как-то согреться, мы устраивались поближе к батареям, пили горячий чай с немудреным угощением, засиживались допоздна, почти уверенные, что вот-вот будут разрешены главные вопросы. Случались и неожиданные встречи с прошлым. Так, на одном из заседаний мы узнали о судьбе орловского провидца Афанасия Андреевича Сайко, ныне причисленного к лику местночтимых святых. Философские беседы, продолжающиеся на протяжении почти десяти лет, во многом держались благодаря преданности идее философского поиска председателя клуба И. И. Киреева и целиком принявшего православную идею А. П. Гордеенко. Многолетние совместные чтения, раздумья, споры привели многих из нас к сознательному принятию православия. Один из их участников стал позже основателем Орловского церковно-археологического общества (вернее, его возобновителем). Кто-то ушел заниматься с молодежью, приобщая ее к духовным ценностям в рамках Общества «Мир через культуру». Кого-то более увлекли экологические теории. Но, думается, долгие задушевные вечера не сотрутся в памяти их участников.

Внизу упомянутой пристройки к музею, в небольшом подвальчике, где устроилась книжная лавка, собиралась молодежь: читали свои стихи, пели их под гитару, разыгрывали небольшие сценки. Книжный киоск, задуманный как магазин «серьезной книги», поражал тогда своей экзотикой. Да и кто не интересовался ею тогда, в начале 90-х! По вечерам здесь можно было слышать Стихи о Пречистой Деве и Манифест мистериальной поэзии, разговоры о потаенной поэзии 60-х годов, поучаствовать в представлении, посвященном жизни Н. Гумилева или К. Бальмонта. Молодежная секция Тургеневского общества устраивала тогда авторские вечера начинающих поэтов. На одну из первых таких встреч (помнится, это был канун Нового года, и фойе музея украшала нарядная елка) пришел известный поэт Николай Перовский, который поддержал идею о молодых. Позже она трансформировалась в поэтический клуб «Рябиновый родник» (душой его был бард А. Иванов), а ныне она воплощается в регулярных вечерах под названием «Поэтические портреты». Классика — поэты пушкинской поры, Тургенев и Фет, И. Анненский и Блок, Н. Рубцов и Н. Заболоцкий, современная женская лирика, поэтическая сатира и наши современники — поэты-орловцы, вот неполный перечень тем, что собирали в эти годы любителей поэзии.

Историки литературы, критики стали постоянными гостями на этих вечерах. Нам удалось издать своими силами несколько экземпляров сборника стихов наших авторов; он появился как отклик на один из вечеров, посвященных сонету «серебряного века». Позже мы затеяли издание «Тургеневского ежегодника», где отвели особый раздел стихам и прозе орловских авторов. Так родились «пушкинские» и «тургеневские» поэтические страницы, отдел стихов, посвященных 2000-летию христианства. Нельзя не сказать о том, что все это время сама идея поэтических собраний, живет благодаря любовному вниманию и организаторскому таланту поэтессы Людмилы Дмитриевны Серовой. Без нее едва ли можно было бы начать и издание Тургеневских ежегодников. Как нельзя не выразить глубокой признательности и Валерию Владимировичу Протасову, поэту и прозаику, постоянному ведущему наших поэтических вечеров, способному зажечь аудиторию яркой мыслью, неожиданным образом, задушевным словом. Как не вспомнить добрым словом постоянных участников этих встреч — замечательных поэтов Н. Перовского, В. Еремина, мастера, читающего поэзию разных стилей, актера — А. А. Магдалинина, тонкого знатока поэзии А. Г. Тюрина. Теперь приходят и другие молодые авторы, желающие непосредственного общения с сочувственно настроенной, любящей поэзию аудиторией. Мы рады, что наш опыт, кажется, обращает внимание к поэзии в городе: все чаще звучат стихи с экранов телевизоров, на радио, возникают ассоциации поэтов и в других местах Орла. Создававшиеся во множестве в начале 90-х годов прошлого века Общества быстро находили друг друга, чтобы действовать вместе. Помню многолюдные праздничные собрания, посвященные юбилею С. Н. Тургенева, отца писателя, героя 1812 г., или выходу в свет мемуаров Друцкого-Соколинского «На службе Отечества», подготовленные нами совместно с созданным тогда Обществом потомков орловского дворянства. Целью этих встреч было стремление поколебать устоявшийся взгляд на дворянство как на паразитический класс, обратить внимание на примеры честного и доблестного служения России лучших представителей дворян, о чем писал еще И. С. Тургенев в своей статье «О современном значении русского дворянства». Дало свои плоды и наше сотрудничество с Орловским обществом «Французский Дом». Встречи с представителями французской культуры позволили нам осуществить ряд совместных программ. Так, мы подготовили выставки «Россия глазами французов», «Россия: взгляд из Виши», «Сундучок Артюра Рембо»; многие годы организовываем просмотр фильмов, посвященных французским писателям — современникам Тургенева. Вместе мы написали сценарий театрализованной экскурсии на французском языке, которая пользуется неизменным успехом у наших гостей из Франции. Не однажды совершили мы путешествие по тургеневским местам Орловского Полесья, желая познакомить французских студентов с природой, историей, культурой этого уникального уголка России на их родном языке.

* * *

Время сказать и об увлекательной, исполненной драматизма деятельности секции литературного краеведения, которую возглавляет в последние годы орловский краевед Ксения Александровна Седойкина, архитектор по профессии. Ее стараниями собираются заседания секции, во время которых группа единомышленников зачастую весьма эмоционально обсуждает широкий круг тем: от неизвестных эпизодов биографии Тургенева и других писателей-орловцев до конкретных вопросов сохранения и мемориализации старинных зданий и целых улиц Орла. Всегда интересны доклады известных краеведов Р. М. Алексиной, В. А. Власова, сотрудников тургеневского Музея Л. В. Ивановой, Л. М. Александровой, Г. Н. Павловой, создателя музея В. С. Калинникова в Орле Е. А. Кубарева, знатоков орловской старины А. В. Гальцовой, В. К. Филимоновой. На этих заседаниях непременно звучит живая музыка. Работу по сохранению литературных памятников возглавила у нас Нина Максимовна Кирилловская, многие годы отдавшая музейному делу. Результаты исследований участников секции публикуются на страницах местных газет, в сборниках «Тургениана», «Тургеневский ежегодник», фиксируются в протоколах секции секретарем Общества краеведом С. А. Тишиной.

На первое место в своей работе мы поставили изучение темы «Тургенев в Орле», поэтому с легкой руки Б. К. Зайцева, автора книги «Жизнь Тургенева», у многих сложилось мнение, будто Тургенев «только родился в Орле», поэтому тема Орла в жизни и творчестве Ивана Сергеевича, по сути, едва затронута. Первые итоги поисков в этом направлении оказались неожиданно успешными: P. M. Алексина разыскала сведения о трех орловских адресах семьи Тургеневых. Л. В. Иванова нашла свидетельства пребывания писателя в орловском доме А. В. Сафонова, владельца особняка, известного нам под именем легендарного «Дома Калитиных»; К. А. Седойкиной удалось обнаружить старые планы этого дома. Этот дом с самого начала существования Тургеневского общества стал нашей надеждой и нашей бедой. От наших предшественников мы приняли эстафету забот о сохранении Дворянского гнезда. Как и мы, они тяжело переживали разрушение заповедных уголков исторического Орла, но им удалось все же сберечь тот дом и сад, что в памяти народной был связан с историей знаменитого романа и его создателем. Так уж повелось, что едва ли не ежегодно старинный дом и сад на высоком живописном берегу реки Орлик подвергается опасности уничтожения: то отцы города задумают проложить здесь спортивную трассу, то построить престижный дом, то элитарную гостиницу, то еще бог знает какую диковину. Тургеневскому обществу вместе с Обществом охраны памятников истории и культуры и другими общественными организациями не раз приходилось отражать многочисленные посягательства, и каждый раз мы старались укрепиться на завоеванных позициях. Был установлен памятный камень на подходах к заповедному саду, место ограждено охранной грамотой; здесь устраивались субботники, прибирались газоны, сажались кустарники и цветы; мы приводили сюда именитых гостей города (один из них, испанский писатель Суньига, воспел Дворянское гнездо в своей книге «Загадка Тургенева»; устраивали Тургеневские праздники, где желанными гостями были артисты орловского Академического драматического театра им. И. С. Тургенева во главе с его художественным руководителем Б. Н. Голубицким и завлитом театра О. М. Нестеровой, тоже членами нашего Общества. Много потрудился над благоустройством «калитинского сада» и Ю. В. Семеняко. Будучи уже смертельно больным, он не забывал дело, которому отдал столько сил. Кстати сказать, историю нашего Общества в фотоснимках во многом воспроизводил именно он.

Рубеж веков застал нас в отчаянном положении: из «Дома Калитиных» были выселены почти все жильцы, под предлогом ремонта его стали срочно ломать; выдирали почти новые окна и двери, выламывали полы. Под влиянием общественного мнения этот вандализм был остановлен, но мы знали, что Дом стерегла новая беда: бомжи, пьяницы, воры начали «обживать» оставленное строение, другие наведывались сюда, чтобы сорвать кусок железа с крыши, вынуть уцелевшие стекла. В любую ночь здесь мог вспыхнуть пожар. Памятный дом, возле которого когда-то бродил Бунин, в котором писал свои стихи Бальмонт, к которому ходили встречать рассвет поколения орловских выпускников, стоял теперь обезображенный, пугая прохожих пустыми глазницами окон. Только благодаря совместным усилиям новых властей города, культурной общественности России, средств массовой информации стало возможным не дать ситуации перейти ту грань, за которой все попытки спасти ситуацию становятся бесполезными. Разрушители ушли из «Дома Калитиных». Весной 2001 г. он был передан на баланс Научно-производственного центра по охране памятников истории и культуры. Мы мечтаем о создании здесь музея одного романа, об ожившем Дворянском гнезде. Сюда могли бы приезжать потомки знаменитых орловских фамилий, писатели, ученые. Гостиная «Дома Калитиных», мнится, вновь оживет, а в возрожденном саду вновь повеет весной. Хочется верить, что так и будет. А пока... пока не время складывать руки. По-прежнему для нас призывно и бодро звучит голос Тургенева: «Трудитесь, учитесь, сейте семена; они взойдут в свое время и в своем месте».

Балыкова Л. А. — заведующая литературным отделом музея И. С. Тургенева



0
0

Ключевые слова: Книги

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии

Последние комментарии

Книги об Орле и орловцах
Lazya Lazianova
Lazya Lazianova Спасибо за информацию! В подборочку бы это на http://www.livelib.ru/ замутить~

Георгий Васильевич Дышленко (1915-1994)
Артём Лящук
Артём Лящук если вы не поняли это ХУДОЖНИК!!!

Ярлыки на одежде
Артём Лящук
Артём Лящук ха ха ха


Поиск по блогу